+Типикон и инжир

Человеческая природа склонна к гармонии. Наверное, это качество человека – один из штрихов образа Божия. Ведь Бог – начало всяческого порядка и совершенства, а отсутствие благодати – причина хаоса. Поэтому человеку свойственно искать гармонию в быту, в отношениях с ближними и с Богом. К этому призывает и апостол: «Вся же благообразно и по чину да бывают» (1 Кор. 14: 40). Идеей гармоничного общения с Богом проникнуто все богослужение Православной Церкви. Церковная служба – самое совершенное произведение мысли человека, освященной Духом Божиим. И зафиксирована эта мысль в виде Типикона, или Церковного устава.

Типикон – это попытка дать образец не только совершенного богослужения, но и совершенной монастырской жизни. В нем раскрыты всевозможные бытовые особенности жизни монаха, изредка вспоминаются и миряне. История знает несколько «уставов», авторами которых были разные святые отцы. Русская Православная Церковь сейчас использует Иерусалимский устав, составленный в VI веке преподобным Саввой Освященным. Подобного фундаментального труда, направленного исключительно на жизнь мирян, никогда не было, как никогда не продумывался специальный богослужебный устав для приходских храмов. Богослужение в приходских храмах совершается по монастырскому уставу, но сокращается, по понятным причинам. Может быть, и хорошо, что нет особого, «облегченного» устава для приходов. Ведь в том, как мы служим сейчас, нет никаких причин для гордости, основанной на полном выполнении предписаний Устава. Вот так мы потихоньку подобрались к центральной теме статьи.

Любой священнослужитель обязан исполнять предписания Устава, но в то же время исполнить Устав во всей полноте невозможно даже в монастыре (не говоря уже о приходских храмах). Собственно, Устав являет недостижимый идеал богослужебной жизни. С Церковным уставом Православной Церкви сейчас хорошо знакомы многие люди, как клирики, так и миряне. И в основном я встречаюсь с двумя подходами к предписаниям Устава. Первый, особенно модный в наше время, – это свободомыслие, либерализм на церковной ниве. Многим кажется, что по своему усмотрению можно искажать богослужение, лепить из него что угодно, основываясь лишь на формуле «аще предстоятель изволит». Второй подход – полностью противоположен первому – это «типиконщина», консерватизм, возведенный в абсолют. В этом случае уже теряется конечная цель предписаний Устава – гармоничное общение с Богом в рамках богослужения, и исключительной задачей клирика становится только выполнение законоположений Типикона.

Чтобы нащупать золотую середину, нужно попытаться понять дух установлений Типикона, мотивы святых отцов, которые его составляли. Тогда станет понятно, что есть некие главные моменты, которые оговариваются особо, а есть второстепенные, выбор которых предлагает сам Типикон. Например, глава 6 «О всенощных бдениях» говорит, что в год должно совершаться минимум 68 всенощных бдений (тут же замечу, что всенощное бдение Типикона – это далеко не наша двухчасовая вечерняя служба, а пять-шесть часов молитв). Однако иногда возникает искушение сократить бдение (как мы это делаем сейчас). Поэтому уже в следующей, 7-й главе, читаем[1]: «Да будет известно, что в малых обителях и соборных и приходских храмах в дни воскресные, где всенощных не бывает или настоятель не благословляет совершать их, поется великая вечерня, а также утреня в свое время следующим образом» (С. 38), – и приводится упрощенный порядок богослужения. То есть вместо сокращения всенощного бдения можно провести другие, более краткие уставные богослужения.

Однако в этой статье я хочу затронуть другой важный аспект, который касается поста, хотя на первый взгляд эта связь может показаться надуманной. Я хочу поговорить о времени совершения богослужений.

Время Типикона

В обычные дни Литургия должна начинаться в 9 (или около того) часов утра, чтобы закончиться до полудня. Однако в особые дни время Литургии сдвигается. Зачем? Чтобы понять логику Типикона, нужно оговориться, что пост условно можно разделить на аскетический и евхаристический. Аскетический пост – это постоянное воздержание в многодневные посты. Его суть хорошо раскрывает протоиерей Александр Шмеман: «Аскетический пост состоит в сильном сокращении пищи, так, чтобы постоянное состояние некоторого голода переживалось нами как память о Боге… Этот аскетический пост вместо того, чтобы ослаблять, создает в нас известную легкость, собранность, трезвость, радость и чистоту». Евхаристический пост – полный отказ от пищи и питья перед Причащением.

В период Великого поста усиливается не только аскетический пост, но и евхаристический. И в богослужении это проявляется в первую очередь тем, что Причащение совершается далеко за полдень. И главное великопостное богослужение, которое специально для этого создано, – Литургия Преждеосвященных Даров. В отличие от обычной Литургии на этой службе не освящаются Святые Дары, а используются Дары, уже освященные в предыдущее воскресенье.

Литургия Преждеосвященных Даров начинается с вечерни. Уже одно это показывает, в какое время эта служба должна совершаться. По Уставу время вечерни не оговаривается определенно, но привязывается к заходу солнца и длине службы. По Типикону вечерня начинается в основном с 13 до 17 часов. То есть Причащение в будние дни Великого поста совершается вечером для увеличения времени евхаристического воздержания, для усиления великопостного подвига.

Как это может выглядеть для нас? Человек молитвенно готовится накануне и с утра к Причащению, идет на работу, где, не вкушая еды и не испивая воды, держит память, что сегодня приобщится Святым Тайнам, соединится со Христом. Весь рабочий день: в общении с коллегами, в транспорте, на улице – он живет ожиданием Литургии. И наконец наступает благословенный вечер, где он с «верою и любовию» приступает к тому, чего ждал весь день. Когда мы причащаемся с утра в воскресенье, ночь субботы служит как бы неким буфером, который смывает все ощущения и мысли дня предыдущего, и мы приходим в храм «с чистого листа». Когда же причащаешься вечером – сохранить себя незапятнанным от недостойных мыслей, слов и поступков в течение дня становится настоящим подвигом воздержания.

К сожалению, почти повсеместно сложилась совершенно не уставная практика служения Преждеосвященной Литургии утром – по образцу непостных дней. Богослужение начинается с утра (часов в 8) и заканчивается около полудня. При этом «вычитываются» одно за другим несколько богослужебных последований, которые по Уставу нужно служить в разное время. Правда, если делать, как рекомендует Устав, то придется приходить в храм четыре-пять раз. Тогда каждое богослужение будет длиться час-два. Это не так утомительно и позволяет человеку внимательно молиться. Однако мирянин не имеет возможности приходить в храм четыре раза в день. Поэтому и сложился не совсем верный подход: сгромоздить все в одну кучу и служить. Выход простой: раз у нас не монастырь, то можно опустить часть последований, не заниматься «вычиткой», от которой в голове прихожан начинает звучать лишь одна молитва: «Когда же это все закончится?» Идти за Типиконом – оставлять вечерню с Литургией Преждеосвященных Даров на законное вечернее время. В этом случае причащаться в будние дни Великого поста смогут не только пенсионеры, но и рабочие после завершения трудового дня. В некоторых храмах так и делают. Я с ходу могу назвать несколько мест в Минске и Москве, где практикуют вечерние Литургии. Уверен, что такие храмы есть и в других городах.

Вечерняя служба с Причащением – это нечто необычайное! Стоит хоть раз побывать на ней, чтобы понять это. Недаром в торжественные дни Устав предписывает совершение именно такого богослужения. Например, в Рождественский сочельник (если он выпадает на будний день) начало вечерни с Литургией святителя Василия Великого – в 1 час дня (С. 366). Заканчивается такая служба около 16–17 часов, в сумерках. На средину храма выносится икона Рождества Христова, и приближение праздника в тот момент чувствуешь совсем по-другому, нежели когда служишь такую Литургию утром. На несколько часов прихожане расходятся домой – подкрепиться и отдохнуть – и вновь собираются в храм на всенощное бдение, которое по Уставу начинается в 4 часа утра. А сразу после бдения – праздничная Литургия. В Крещенский сочельник начинать вечерню с Литургией положено чуть раньше – в 11:00 – из-за того, что служба затягивается освящением воды. После полудня положено совершать Литургию также в Великий четверток и Великую субботу и еще в некоторые дни.

Вообще исключительная продуманность Устава – дело не человеческое, а Божие. Нам порой кажется, что Церковный устав чрезмерно строг. Однако это скорее ложные представления, основанные на выдернутых из контекста цитатах. И это касается не только богослужения, но и других ограничений. Например, уставных ограничений в пище.

Трапеза Типикона

Почти все знают, что в строгие дни поста Типикон предписывает два вида воздержания: совершенный отказ от пищи (например, в первые два дня Великого поста или в Великую пятницу) и сухоядение. Но тут же делает оговорку: «Кто не может выдержать два дня без пищи, да едят хлеб и квас после вечерни во вторник. Так могут поступать и старики» (С. 91). То же и в Великую пятницу: «Следует знать, что мы приняли обычай в Палестине… не есть в этот день распятия. Если же кто сильно ослаблен или стар и не может из-за этого поститься весь день, то после захода солнца такому дается хлеб и вода» (С. 944). Это показывает, что уставные предписания нужно адаптировать для себя. Если у человека сахарный диабет или туберкулез, то два дня без еды могут просто убить его.

Сухоядение полагается во все будние дни Великого поста (С. 91). Но практически никто не может внятно сказать, что это такое. Сухоядение (оно же – сыроядение) – питание пищей, не прошедшей термическую обработку. Однако использовать эту информацию без примеров сложно. Давайте посмотрим, что Типикон предлагает на трапезу монахам. Итак, примерно в день полагается: маслин – «малую питьевую чашечку», изюма – столько же, 6 орехов (возможно, грецких), 8 штук инжира – около 400 г (С. 103), а также хлеб и воду (С. 100), или квас, или сок с медом. Состав овощей и фруктов, свежие они употребляются или засушенные, – варьируется в зависимости от времени года. Как мы видим, вся эта пища довольно питательна и полезна, что очень важно. Я посчитал, насколько калорийна такая пища. Если принять «малую питьевую чашечку» как стограммовую, то получается всего около 1150 калорий, без учета хлеба и питья. Суточная норма потребления человека – 2000–2500 калорий, в зависимости от физической нагрузки. То есть норма Типикона – половина обычного рациона. В наших широтах самая доступная пища в пост – картошка, каша, квашеная капуста, соленые огурцы, грибы. Начнем с того, что почти вся эта пища проходит термическую обработку – и по-другому у нас не получается. Дальше, даже если съесть по полкило вареной картошки, квашеной капусты, соленых или маринованных огурцов и вареных грибов – получится на 4 кг еды всего 725 калорий – энергии в полтора раза меньше монашеской нормы. Причем наша пища совершенно не так питательна и полезна, как палестинская. Еще следует учесть, что в наших более северных широтах организм человека больше энергии расходует на согревание.

Какой же выход? Быть рассудительным во всем. Сейчас пользуются популярностью настенные календари, в которых размечено в соответствии с Уставом, в какие дни положено сухоядение, в какие пища без масла, в какие – с маслом. Однако недостаток масла в Палестине с лихвой восполняется употреблением в пищу маслин. Конечно, я не призываю нарушать уставные предписания, а лишь относиться с пониманием к тому, в каких условиях создавался Типикон и в каких условиях мы с вами живем. В пост нужно и испытывать чувство голода, и вставать из-за стола с бодростью, и пережить слова пророка «колени мои изнемогли от поста» (Пс. 108: 24). Без этого пост – не пост. Однако не нужно забывать о том, что «наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных» (Еф. 6: 12), что главный бой мы должны давать не желудку, а своей падшей искривленной воле, и телесное воздержание – только средство в этой борьбе. А поэтому нельзя, чтобы тело изнемогало до бессилия.

Мне кажется, боговдохновенность составителей Устава проявилась и в выборе рациона для периода воздержания. Ведь могли бы быть одни каши да бобовые, которые Устав, кстати, тоже упоминает. Или капуста, которую Типикон не считает даже за овощ, презрительно называя ее «зелием» (С. 103), то есть простой зеленью. Но включено в рацион изрядное количество инжира, про который говорят, что это самый полезный плод на планете. Поэтому и нам можно и нужно включать в свой рацион сухофрукты и орехи, пить квас, сладкий чай, компот – для поддержания сил телесных. Как говорят святые отцы, телу нужно давать ровно столько пищи, чтобы оно было в состоянии нести постовые подвиги – молитвы, поклоны, да и наши повседневные труды. Поэтому нужно знать свою собственную меру – чтобы не насыщаться во время трапезы, вставать из-за стола чуть голодным, но чтобы в то же время не подрывать организм неумеренным пощением. Уклонение в ту или другую сторону одинаково вредно.

Итак, братья и сестры, важно не только иметь знание, но и уметь рассудительно им пользоваться. Этому да научит нас всех Христос Бог через молитву, которая есть матерь всем добродетелям.

Священник Сергий Бегиян

Опубликовано: 27.02.2017